В Госдуме признали туристический налог «проблемным». Издержки его администрирования оказались выше объёмов привлечённых средств.
Введение туристического налога породило оживлённые дискуссии. Несмотря на изначальные ожидания, механизм сбора столкнулся с рядом сложностей, сказал в эфире НСН член комитета Госдумы по туризму и развитию туристической инфраструктуры Артём Прокофьев.
Напомним, туристический налог в России — это платёж, который с 1 января 2025 года взимается с владельцев средств временного размещения (гостиниц, хостелов, санаториев и др.) по решению региональных властей. Он включён в стоимость проживания и перечисляется в бюджет муниципалитета или города федерального значения. До 2025 года существовал курортный сбор, который оплачивали сами туристы. Туристический налог заменил его и изменил механизм взимания.
Прокофьев усомнился в целесообразности существования такого налога.
— Мы наблюдаем, что туристический налог вызвал неоднозначную реакцию. Даже часть муниципалитетов, которые ввели туристический налог, начала от него отказываться. Объёмы привлечённых средств оказались не такими большими. Однако издержки администрирования этого налога оказались высокими. Мы анализировали практику в нашем профильном комитете по туризму — вопросы, конечно, есть. Мы направляли запросы в Министерство финансов. Проблемы связаны с тем, что мы существенно нагрузили бизнес. Для туристов этот налог не так уж значим, но для самой индустрии он оказался проблемным, — сказал собеседник НСН.
Прокофьев подчеркнул, что идея обложить дополнительным налогом внутренний туризм изначально выглядела спорно, поскольку именно поездки по России, наоборот, требуют поддержки и развития. По его мнению, поток туристов в российские регионы нужно стимулировать, а не создавать для него лишнюю финансовую нагрузку.
Решение о введении налога принимают власти муниципальных образований, а в Москве, Санкт-Петербурге и Севастополе — региональные власти. Информацию о действии налога в конкретном регионе можно уточнить на сайте регионального или местного органа власти.
При этом только 12% собираемого в почти каждом регионе России туристического налога идёт на развитие туризма, сказал в эфире НСН вице-президент Альянса туристических агентств России Алексан Мкртчян.
— Альянс турагентств России выступает категорически против турналога. Только 12% собираемых налогов идут на туризм. Люди платят из своего кармана непонятно за что. Естественно, отельеры повышают стоимость. В прошлом году турналог составлял 1% от стоимости. В этом году уже 2%. Регионы восприняли это добровольное дело как обязательное. Остался единственный регион, который не принял турналог — Крым. Все остальные приняли, к сожалению, и продолжают его зачем-то увеличивать. Даже те регионы, куда туристы не приезжают, ввели турналог, — сказал Мкртчян.
По его словам, турналог является одной из причин, замедляющей рост внутреннего туризма.
— Турналог — серьёзный инструмент. Пользоваться им надо с умом. Мы имеем сейчас повышение цен, отпугивающее людей от туризма. Поэтому и замедляется рост внутреннего турпотока. Одна из причин — повышение турналога. А ведьПрезидент поставил задачу развивать туризм. Введение турналога категорически мешает выполнению этой задачи, — добавил эксперт.
Алексан Мкртычан, кстати, представитель туриндустрии Ростовской области. Так вот, как пишет «Ъ» — в регионе к марту 2026 года закрылись 22 малых коллективных средства размещения.
Об этом рассказала президент Ассоциации профессионалов индустрии гостеприимства (АПИГ) Елена Папиж. Ровно половина из них — 11 мини-отелей и хостелов работали в донской столице, остальные — в Новошахтинске, Пролетарске, Сальске, Каменске-Шахтинском, а также в Аксайском районе. То есть, на территориях, которые исторически не оценивались как туристические и путешественников не притягивали. По словам Папиж, основная причина закрытия — беспрецедентный уровень фискальной нагрузки, с которым гостиничная отрасль региона столкнулась в 2025 году и первые два месяца 2026-го. Это поставило многие средства размещения на грань рентабельности, подчеркнула эксперт.
— Анализ фактически уплаченного в регионе туристического налога 125,8 млн. руб. (в 2025 году ) показал критическое расхождение с законодательно установленным 1%: для большинства донских коллективных средств размещения (КСР) процент изъятия от выручки оказался в несколько раз выше, что связано с действием минимального порога в 100 руб. с человека в сутки, — пояснила глава ассоциации.
Так, в 2025 году процент турналога от выручки, например, у хостелов и привокзальных отелей составил до 24%, отелей “без звезд” — 3,7%, а у отелей “3 звезды” — 2,22%. Таким образом, хостелы и бюджетные средства размещения приняли на себя основной удар.
По данным АПИГ, в Ростовской области работают 815 официальных классифицированных гостиниц и иных коллективных средств размещения (КСР), подпадающих под уплату туристического налога. 88% номерного фонда региона составляют объекты категории «3 звезды» и ниже.
О том, что на Дону малые средства размещения могут оказаться на грани выживания представители АПИГ предупреждали ещё в мае 2025 года, выступая на круглом столе «Новые возможности в развитии туриндустрии: роль бизнеса и власти»,
Так, член правления ассоциации Марина Ситникова рассказала, что они провели опрос, в котором участвовали 26 гостиниц «без звезд», 1 отель категории «1 звезда», 11 двухзвездочных, 18 трехзвездочных и 6 четырехзвездочных.
— -Уже тогда выяснилось, что, чем демократичнее, доступнее отель для потребителя, тем больше денег он вынужден вынуть из оборота, чтобы оплатить турналог. Например, отели категории «1 звезда» заплатили 4,4%, а хостел Ростовского центрального автовокзала, из-за особенностей системы почасовой оплаты, и вовсе 26%. В межсезонье, с октября по май, оплата турналога становится для отельеров совсем неподъемной ношей — из-за слабой загруженности номеров в межсезонье — вспоминает Ситникова.
Директор хостела «Альтаир» Владимир Гостищев рассказал «что для компенсации расходов на уплату туристического налога они вынуждены были увеличить стоимость проживания на 100 руб. в сутки за одно койко-место».
— Это резкое повышение стоимости, почти на 30%, оказалось неприемлемым для большинства нашихгостей и они покинули хостел -сняли квартиры. В результате, мы были вынуждены закрыть 14 номеров. Сейчас в хостеле проживают всего 20 человек, которые продолжают искать варианты подешевле, — сообщил Гостищев.
По его словам, сейчас хостел фактически работает в убыток, чтобы сохранить сотрудников (в основном, это пенсионеры).
— Мы рассчитываем, что налогообложение (мини-отелей и хостелов) будет пересмотрено, что будут условия, при которых мы сможем понизить стоимость проживания и, возможно, вернуть постоянных гостей. Кстати, туристам или командированным ИТР наш хостел не интересен. Все гости — или рабочие заводов, расположенных рядом, или строители, или вахтовики, задействованные на складах крупных маркетплейсов, — пояснил Владимир Гостищев.
Гендиректор ООО ТКФ «Рейна-Тур» Татьяна Нечепаева добавила, что турналог — не единственная трудность, с которой в последние годы столкнулись донские отельеры
— Во-первых, с июля 2024 года в среднем на 10% выросли тарифы на коммунальные услуги. Во-вторых, на 2-3% увеличились комиссии за банковский эквайринг. В-третьих, с 2025 года был введен НДС для налогоплательщиков на УСН (от 5% до 20%), и до 22% с 1 января 2026-го соответственно, была отменена льгота для налогоплательщиков на “упрощенке”. Понятно, что турналог, с его минимальным порогом в 100 руб. в сутки с одного человека увеличил эту финансовую нагрузку, — пояснила Нечепаева.
Она согласилась, что особенно сильно это ударило по мини-гостиницам и хостелам, в которых, как правило, от пяти до десяти номеров и указанный минимальный платеж налога в 100 руб. в сутки с человека существенно превышает 1% от выручки таких предприятий. Прибыльность бизнеса резко упала, констатировала эксперт, мини-отели и хостелы проще было закрыть, чем содержать. «
— Кстати, эксперты отрасли говорили об этом ранее — ещё на этапе оценки возможных последствий от турналога. Именно поэтому в стране есть регионы, которые отказались от участия в таком эксперименте. В Ростовской области не работает аэропорт и действует ограничение на проведение массовых мероприятий, что не способствует увеличению турпотока и, следовательно, загрузке гостиниц. Однако от турналога не отказались. Если нельзя сейчас это сделать, то надо хотя бы убрать минимальный размер в 100 руб. Это позволит хоть как-то поддержать на Дону представителей малого гостиничного бизнеса, — резюмировала Татьяна Нечепаева.
С другой стороны, по мнению вице-президента ТПП Ростовской области Светланы Абдулазизовой, некорректно однозначно связывать закрытие хостелов и мини-отелей исключительно с чрезмерной фискальной нагрузкой:
— Безусловно, рост налоговой и общей финансовой нагрузки оказывает влияние на малый бизнес, особенно в сегменте средств размещения с невысокой маржинальностью. Однако в данном случае речь идёт о совокупности факторов: ужесточение требований к размещению хостелов, в том числе запрет на их функционирование в жилом фонде без перевода помещений в нежилой статус, усиление контроля со стороны надзорных органов (прежде всего, в сфере пожарной безопасности и миграционного учета), изменение экономических условий (рост издержек, в том числе, благодаря налоговой реформе, которая существенно повлияла на сектор МСП).
Вице-президент ТПП РО подчеркнула, что решение о введении или отмене турналога принимается на уровне муниципальных образований. Речь должна идти не о «региональной отмене», а о точечных решениях на уровне конкретных территорий, уверена эксперт.
— В этих условиях полная отмена налога возможна, но требует дифференцированного подхода. Очевидно, что нельзя напрямую сравнивать средства размещения в городах Гуково и Шахты с отелями в Азове, Таганроге и Ростове. У этих территорий разная структура туристического потока, уровень загрузки номерного фонда и ценовая политика. Соответственно, и влияние туристического налога на бизнес существенно различается. Именно поэтому оптимальным решением является выборочный подход, при котором параметры налога (или его применение в целом) определяются с учетом реального туристического потока, уровня развития инфраструктуры, экономической модели конкретных средств размещения. Таким образом, речь должна идти не столько об отмене налога, сколько о гибкой настройке на уровне муниципалитетов с учетом их специфики, — подытожила вице-президент областной ТПП.